Интервью Елены Вишневецкой

Tри составляющие успеха Виктора Топаллера

Виктор Топаллер интервью дает охотно. Только вот поймать его практически невозможно. И мне «невозможное» удалось. С чем себя (и вас) поздравляю.

Л.В. – Виктор, давайте сразу с главного. Вы перешли на «Дэвидзон радио». Чье это решение?

В.Т. – Я думаю, что это решение принял Грегори Дэвидзон. Если бы он этого не захотел и не предложил бы мне те условия, которые меня устроили, я бы здесь не работал.

Л.В. – Теперь определимся. «А что Ви с этого будете иметь?»

В.Т. – Я «с этого буду иметь» возможность продолжать общение с моими радиослушателями и получать деньги.

Л.В.- Скажите откровенно, есть ли что-то, что Вам не нравится в связи с переходом на «Дэвидзон радио»?

В.Т. – Есть. Оно ( «Дэвидзон радио»)  находится на авеню V, а раньше я работал на авеню H, а это намного ближе к Манхэттену, где расположена студия RTVI.

Л.В. – Вы ведете программу «Полный шалом» с Ларисой Герштейн. Самодостаточный Виктор Топаллер нуждается в соведущем?

В.Т. –  В данном случае дело не в самодостаточности. Эта программа, по сути, должна была бы называться  «Америка-Израиль», и я считаю, что в данном формате соведущий, находящийся на Святой Земле,  просто необходим. А лучше Ларисы в данной ситуации, на мой взгляд, просто никого не может быть.

Л.В. – Лариса Ваш оппонент или единомышленник?

В.Т.- Когда как. Я отношусь к ней с громадным уважением, во многом наши взгляды совпадают, что не мешает нам зачастую ругаться до хрипоты не только в эфире, но и за бутылкой водки. Причем, в последнем случае, употребляя те выражения, которые наша аудитория лишена радости слышать в эфире. (Кстати, Лариса  не только в течение многих лет была заместителем мэра Иерусалима, но она еще и блестящий исполнитель авторской песни, например, ее переводы и исполнение песен Окуджавы на иврите восхищали не только тысячи людей, но и самого Булата Шалвовича, который был с ней очень дружен).

Л.В. – Уж не Лариса ли Вам подсказала идею выйти в эфир «Дэвидзон радио» в необычном для Вас качестве, а именно в качестве ведущего музыкальной программы «Топ-парад»?

В.Т. – Нет. Это была вполне безумная идея Грегори Дэвидзона и Севы Пинского. И я с удовольствием подписался на это безумство. ( Л.В. : «безумству храбрых споем мы в «Топ-параде»). Мне очень давно хотелось в одной из радиопрограмм отойти от политики.

Л.В. – Вашему проекту «Рикошет» уже…. лет?

В.Т.- Много. Программа «Ложка дегтя», которая выходила еще на «Народной волне», была прообразом «Рикошета». Она просто поменяла название, когда я перешел с «Народной волны» на радио «Новая Жизнь» (в дальнейшем «Все»).

Л.В. – Вы считаете, что «Рикошет», по-прежнему, актуален?

В.Т. –Да. До тех пор пока мне и моим радиослушателям интересно друг с другом.

Л.В. -Кстати, о друзьях. Кто может стать другом Виктора Топаллера?

В.Т. – Человек, терпимо относящийся к моим многочисленным недостаткам. А если серьезно, друзей, по моему глубочайшему убеждению, не может быть много. Ну хотя бы потому, что, как говорил Ю. Олеша: «Дружба – это понятие круглосуточное». А на это надо много душевных сил. Один из моих самых близких друзей – прекрасный писатель Георгий Вайнер, дружбой с которым и постоянным общением я очень дорожу.

Л.В. – Вы хорошо представляете себе аудиторию «Дэвидзон радио»?

В.Т.- Хорошо представляю. Хотя бы по той простой причине, что у меня неплохо налажена обратная связь. Я получаю каждый день массу писем. И вижу, что среди нашей аудитории есть люди самого разного возраста, образования, представители самых разных социальных слоев населения, исповедующие порой диаметрально противоположные взгляды. Исходя из этого, я думаю, что мы представляем определенную ценность для всей «русской улицы» Америки. Да и не только Америки – я знаю, что с помощью интернета нас слушают и в России, и в Израиле, и в Европе.

Л.В. -Скажите, Виктор, для Вас радио – это сцена или трибуна (знаю, что Вы по образованию театральный режиссер)?

В.Т. – И то и другое. По моему глубочайшему убеждению оба эти понятия неразрывно связаны между собой и отделить одно от другого практически невозможно.  Есть три профессии, к которым я действительно имею некое профессиональное отношение: режиссура, актерство, журналистика. Радио и телевидение дают уникальную возможность реализовывать все три эти «ипостаси», что называется «в одном флаконе»

Л.В. -Три в одном. Тогда скажите, какие три составляющие успеха могут обеспечить такую популярность, как у Вас?

В.Т. – Не бояться говорить то, что думаешь. Не позволять себе халтурить. Уважать себя и свою аудиторию.

Л.В. – Чего боится Виктор Топаллер?

В.Т.-  Много чего. Всего не перечислишь. Ну навскидку… Идиотизма, подлости, трусости, равнодушия….

Л.В. -Что Вас восхищает?

В.Т.-  Много чего. Всего не перечислишь. Ну навскидку… Талант, смелость, честность, порядочность, очень много вещей, которые в нашем паскудном мире не должны восхищать, поскольку являются НОРМАЛЬНЫМИ, а стали, к сожалению, редкостью, заслуживающей восхищения. Ах, да, чуть не забыл, хороший коньяк и красивые женщины!

Л.В. – Ваша работа предполагает компромисс с совестью?

В.Т.- Наверное. Но тогда надо забыть о трех составляющих успеха

Л.В.- А приходилось забывать?

В.Т. – Сложно ответить. Одно могу сказать точно. Я готов подписаться под каждой написанной строчкой, под каждым изреченным в эфире словом. Меня, безусловно, заносило и заносит, я могу «перегнуть палку», быть излишне резким и несправедливым.  Но все это было, есть и, наверняка, будет искренним. А компромисс…. Ну, конечно. Некоторых своих гостей меня так и подмывало послать на три веселых буквы. Но я же сдерживался. Значит, шел на компромисс.

Л.В. – А как насчет «Дэвидзон радио»? Руководство радиостанции ставило какие-то условия, с которыми пришлось согласиться, скрипя сердце, то есть пойти на компромисс?

В.Т. – Нет. Грегори меня знает не первый год. И вряд ли бы стал ставить условия, которые помешали бы нашему сотрудничеству.

Л.В. – А если бы Виктор Топаллер был президентом радиостанции, какие условия он бы ставил потенциальным сотрудникам и ставил бы?

В.Т. – Условия только два: профессиональная работа и жесточайшая творческая дисциплина.

Л.В. – Кстати, как Вам коллектив «Дэвидзон радио»?

В.Т. – Да здесь полно людей, которых я знаю и люблю много лет! Когда приходишь в коллектив и с порога начинаешь обниматься и целоваться с народом, то это уже и не коллектив вовсе, а компания симпатичных тебе людей.

Л.В. – Виктор, Вы верите в географию места?

В.Т. -Да. Вы же сами видели, что я выбрал себе самое неудобное место у микрофона. И ведь понимаю башкой, что нужно пересесть, но не могу!…

Л.В. – ?

В.Т. – Идти на компромисс с совестью. А вообще, у нас здесь, как мне кажется, соблюдена очень точная грань между творческим дуракавалянием и профессиональным отношением к делу. Любая творческая группа – это не завод,  не комбинат и не конструкторское бюро. В нем необходима атмосфера шуток, гогота и женского сексуального хихиканья. Но! При этом дело должно оставаться делом. И законы любого творческого коллектива будь то радио, телевидение, театр таковы, что без подобной атмосферы и настоящее «дело» невозможно. Важна грань. А она, как мне кажется, есть.

Л.В. – На нью-йоркском рынке всего две радиостанции. Раньше народ нервничал, переключаясь с одной на другую. Не кажется ли Вам, что с Вашим приходом на «Дэвидзон радио», ситуация разрешилась?

В.Т.- Вы имеете ввиду, что радио «Дэвидзон» перестали слушать?

Л.В. – Нет, наоборот….

В.Т.- Если это так, то это очень благородно со стороны владельцев обеих радиостанций: зачем заставлять наших людей нервничать? У них для этого достаточно и других поводов.  А что касается радио «Дэвидзон», то я здесь, как мне кажется, во многом для того, чтобы Грегори «жизнь медом не казалась». Как приезжаю на студию и вижу его бледное лицо, сразу понимаю: он получил очередное письмо возмущенного слушателя, и как профессиональный бизнесмен, отдает себе отчет, что оно чревато очередным моим требованием повышения зарплаты.

Л.В. – Особенно после этой публикации?

В.Т.- Почему? По- моему, она у нас получилась вполне невинной. Возможно, дело в том, что Вы записывали только одну треть моих ответов.

Л.В. – Но и Вы же не на все вопросы согласились ответить.

В.Т. –  Я на все ответил. Вы не все согласились записать. Кстати, Лена, к концу интервью, я могу у тебя поинтересоваться: фигли мы на «Вы» разговаривали?

Л.В. – А это «жесточайшая творческая дисциплина», знаешь ли…

В.Т.- Угу, понятно… А как насчет компромисса с совестью?

 

Advertisements
  1. No comments yet.
  1. No trackbacks yet.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

%d bloggers like this: